Среда, 12 августа 2020

Екатеринбург: +12°

$ 73,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 12.08.2020 € 85,92 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 12.08.2020
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 134₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 6,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 12 августа 2020

Екатеринбург: +12°

$ 73,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 12.08.2020 € 85,92 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 12.08.2020
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 134₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 6,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 12 августа 2020

Екатеринбург: +12°

$ 73,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 12.08.2020 € 85,92 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 12.08.2020
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 134₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 6,00% По данным ЦБ РФ.

«В банковской сфере я не вижу положительных сдвигов»

×
Интервью 7 декабря 2017 в 17:58
В материале:

Ефремов Павел

Чёрные списки Росфинмониторинга, риски в кредитовании малого и среднего бизнеса, стоит ли вкладывать деньги в биткоины: интервью с председателем правления банка «Нейва» (Екатеринбург) Павлом Ефремовым.

Павел Ефремов — председатель правления банка «Нейва». Лауреат премии «Человек года — 2017» в номинации «Банкир года».

Алёна Вугельман: Павел, каково это — быть банкиром года?

Павел Ефремов: У нас со второй попытки получилось подержать эту заветную статуэтку в руках. Это признание заслуг коллектива банка — мы все вместе делаем общее дело, — поэтому приятно.

АВ: У вас, наверное, сразу увеличилось количество запросов на добавление в друзья в фейсбуке и в жизни. Особенно от девушек.

ПЕ: Да, есть некий всплеск… И не только от девушек. Достаточно много и мужчин — предпринимателей, бизнесменов.

АВ: Мы с вами разговариваем в конце года, когда принято подводить итоги. Какие были главные уроки для банковского сектора в 2017 году?

ПЕ: По-прежнему усиливается прессинг со стороны регулятора, продолжаются отзывы лицензий. Центральный банк тщательно проверяет банки, и я думаю, что это будет продолжаться. Уже не первый год общая атмосфера в банковском секторе скорее негативная.

АВ: Но при этом Центробанк отчитывается, что в этом году на данный момент отозваны лицензии у 45 банков, и это гораздо меньше, чем в предыдущие годы.

ПЕ: Темпы отзыва лицензий снизились, но, на мой субъективный взгляд, это произошло не потому, что меньше стало плохих банков, а потому, что сейчас надо заниматься крупными проблемными банками, а это тяжело. Для этого должна быть и политическая воля, и финансовые возможности. В этом году ЦБ «санировал» крупнейший частный банк страны (банковскую группу «Открытие» — прим. ред.) и «Бинбанк», входящий в топ-10. Это гигантские объёмы.

Проблемы среди банков ещё остаются, но надо иметь ресурсы, чтобы их решить. Я думаю, что ЦБ просто не в состоянии одним махом всё расчистить.

АВ: Ужесточение со стороны регулятора — первый итог года. Что ещё?

ПЕ: Начали рассылать «чёрные списки» Росфинмониторинга. Это существенно усложнило жизнь предпринимательскому сообществу, потому что более 10% всех зарегистрированных предприятий так или иначе уже попали в эти списки, а выхода оттуда нет, нет механизма реабилитации. Людям нужно продолжать бизнес, но не все банки готовы работать с клиентами, которые попали в эти списки.

АВ: Как поступаете вы? Бизнес приходит к вам за кредитом, вы обнаруживаете, что он в чёрном списке. Что дальше? Сразу предпочитаете не работать?

ПЕ: Нет. Мы дорожим каждым клиентом и думаем, как мы можем всё-таки принять его на обслуживание. Смотрим по нему другие факторы, и если видим, что положительных больше, то берём его на обслуживание. Да, первое время он для нас будет иметь повышенный риск, мы будем более тщательно мониторить его операции, но мы готовы пробовать с ним работать.

АВ: Банковское сообщество может поменять сложившуюся систему снизу?

ПЕ: К сожалению, времена, когда банковское сообщество могло проявлять инициативы и они получали отклик, прошли. Да, банковское сообщество проявляет инициативы, но Центральный банк перешёл на более директивную форму регулирования. Там готовы принять обратную связь, но работают с ней не так плотно, как раньше.

АВ: Возвращаясь к итогам 2017 года — а что-то положительное произошло?

ПЕ: Нет, в банковской сфере я не вижу никаких положительных сдвигов.

АВ: Но, например, ЦБ отчитался, что, по данным на 1 августа 2017 года, количество кредитов, выданных малому и среднему бизнесу, в целом по стране выросло на 20%. Рост произошёл впервые за последние несколько лет. Вы это отмечаете?

ПЕ: Малые величины растут, и их относительная скорость роста всегда высокая, это ещё Владимир Ильич Ленин заметил. Кредиты малому и среднему бизнесу — это самый малый сектор кредитования в стране. То, что он вырос на 20%, говорит только о том, что банки метаболизировали риски, которыми их накрыло в 2014 году, восстановили те потери, у них появились деньги и одновременно появился дефицит финансовых инструментов, куда эти деньги можно вкладывать. Доходность снизилась, поэтому банки начали смотреть на самый высокорискованный сектор вложения денег — кредиты малому и среднему бизнесу. Этому сектору присущ максимальный риск, и он будет реализовываться. Любые негативные изменения в экономике страны — и кредиты малому и среднему бизнесу станут первыми, на ком будет реализовываться невозврат.

Малый и средний бизнес и так не в шоколаде. Все выживают как могут. Мы же видим, что в стране происходит. Да, рецессии вроде как нет, но мы же понимаем, что снижение инфляции произошло во многом за счёт замедления экономики. Жизнь в экономике потихонечку замирает. Предприятия малого и среднего бизнеса закрываются пачками либо живут по инерции за счёт запасов. Ни у кого нет больших планов. Никто не готов вкладывать деньги в развитие своего бизнеса.

АВ: Звучит пессимистично.

ПЕ: Как есть. Как вижу, так и говорю.

АВ: Как вы строите планы работы вашего банка на 2018 год?

ПЕ: Мы оптимисты. У нас парадоксальная ситуация: чем хуже ситуация в стране, тем почему-то лучше экономика банка «Нейва». С 2014 года, с начала затяжного кризиса, «Нейва» каждый год ставит рекорды по заработанной прибыли, и 2017-й — не исключение.

АВ: Вы лукаво говорите — «почему-то ситуация в банке лучше». Вы председатель правления; вы наверняка знаете, почему.

ПЕ: Это сложно. Это синергия разных вещей. Политика банка не менялась. Мы банк для клиентов, для равноправного партнёрства, нам каждый клиент дорог, мы со всеми готовы разговаривать, решать любую проблему. Так мы и живём.

АВ: Ваши клиенты по большей части юридические лица или вы направлены на кредитование физических лиц?

ПЕ: В структуре прибыли банка три больших пирога: доходы от финансовых инструментов — обмен валюты, вложения; обслуживание юридических лиц; кредитование населения. Да, у нас мощно развивается обслуживание физических лиц, и по клиентской базе мы уже обгоняем базу предпринимателей, которых мы обслуживаем. Но средний чек с физлица существенно ниже, чем с юрлица, поэтому общая сумма комиссионных доходов, которую мы получаем, пока нас не устраивает.

АВ: Какой средний чек с физлица?

ПЕ: Не секрет, что средний чек с физлица в Российской Федерации — это примерно ноль рублей. Идёт жёсткий демпинг со стороны разных банков, банки борются за клиентскую базу, и наши сограждане уверены, что платить банку за обслуживание — это какой-то моветон. Все привыкли, что банк должен платить: начислять проценты за остаток, выплачивать кэшбэк за то, что ты пользуешься его картой. Мы живём в такой парадигме и как-то умудряемся свои крохи незаметно для клиентов отщипывать.

АВ: Мы обсудили достаточно пессимистичную картину в банковской сфере с юридическими лицами. Как обстоят дела с физическими лицами?

ПЕ: Физические лица получают доходы в основном в виде своей зарплаты. А трудятся они в том же бизнесе, на тех же предприятиях.

АВ: Но кредитование растёт?

ПЕ: Да, подрастает. Может быть, люди почувствовали, что доходы начали хотя бы номинально расти. А может быть, людям просто надоело жить с затянутыми поясами, и они решили позволить себе немножко пожить. Формируется накопленный спрос. Человек раньше менял машину каждые три года, а тут пять лет прошло, шесть, семь, и его где-то сверлит, что надо бы новую машину прикупить.

АВ: В 2017 году многие банки пошли по пути сокращения количества офисов.

ПЕ: Это общий тренд, не только в банковской сфере. Всё больше и больше бизнеса уходит в интернет, потому что это удобно. Клиентам не надо никуда ездить, а банкам это сокращает расходы на обслуживание клиентов.

У нас тоже большая часть операций совершается через интернет. И мы в Екатеринбурге пока никаких новых офисов открывать не планируем, потому что понимаем, что у нас достаточно насыщенная клиентская база. Сейчас мы заняты региональной экспансией, выходим в другие регионы. Чуть больше месяца назад заработал офис в Краснодаре. Показывает блестящие результаты. Там отличный рынок; я чувствую, что мы там в тему открылись. Мы думали, что для выхода на те объёмы, которые он показывает, понадобится четыре-шесть месяцев. Но циферки ракетой взлетают уже с первого месяца.

АВ: Как быть с сотрудниками при сокращении количества офисов?

ПЕ: Персонал, который работает на фронтзоне, мы можем перепрофилировать, научить другим операциям. И одновременно у всех банков растёт ИТ-инфраструктура, айтишников требуется всё больше и больше. Мощно растёт сектор мобильного банкинга. Любой приличный банк должен предоставлять клиентам, по крайней мере, физлицам, обслуживание именно через мобильное приложение. В сфере предпринимателей картина немного другая, там бухгалтера, экономисты, которые сидят на рабочем месте за десктопом и интернет-банк их более чем устраивает.

У нашего банка статистика такая: 40% физлиц входят в наш интернет-банк с мобильных устройств. Поэтому у нас задача на следующий год сделать максимально удобное мобильное приложение. Разработаем его с нуля.

АВ: У вас ведь не финансовое и не экономическое образование?

ПЕ: Да, я математик.

АВ: Как математик пришёл в банковский бизнес?

ПЕ: Как-то так случилось. Я в банковском бизнесе с 1996 года. В то время особо не приходилось выбирать, где ты будешь работать, а банки — это было престижно, денежно, все хотели там работать. Поэтому когда меня пригласили поработать в банк, я с удовольствием согласился. Хотя, честно признаюсь, ничего тогда вообще не понимал. Первый год у меня была мощная адаптация: я узнал, как это всё устроено, как работает. А потом втянулся.

АВ: В то время работа в банке была престижной и денежной. Сейчас как?

ПЕ: Судя по разговорам со знакомыми, работа в банке стала менее престижной. Это достаточно тяжёлый труд, который не так уж высоко и оплачивается, как принято об этом думать. Я не говорю про большие госбанки, где у топ-менеджеров всё хорошо с зарплатами и премиями — я говорю про коммерческие банки, которые вынуждены сами себе зарабатывать деньги на зарплату и премии своих сотрудников.

АВ: Вы можете назвать свою зарплату?

ПЕ: У меня в трудовом договоре строчка про конфиденциальность.

АВ: А среднюю зарплату в банке?

ПЕ: Рядовые сотрудники фронтзоны получают от 25 тысяч плюс премия. Средний доход у них — 25-35 тысяч.

АВ: На вашей страницу в фейсбуке почти все публикации — о работе, об изменениях в состоянии банковской сферы и так далее. И очень мало публикаций на личную тему. У вас остаётся время на увлечения?

ПЕ: Личная жизнь на то и личная жизнь, чтобы не писать о ней на фейсбуке. Я не тот человек, который пообедал, сфотографировал и выложил фото: «Ой, какое красивое блюдо!». Могу разве что одну фотографию из отпуска разместить. Увлечений у меня нет. Самое главное увлечение моей жизни — работа. Выходные, как правило, провожу за городом, на даче, там постоянно есть какие-то дела. Что-то сломалось — надо отремонтировать.

АВ: Вы что-то делаете своими руками?

ПЕ: Я многое делаю своими руками, это прикольно. Просто мало времени на это остаётся. Может, возраст сказывается — к земле тянет. Хотя на даче у меня нет ничего, кроме газона, за которым я ухаживаю.

АВ: Что на газоне растёт?

ПЕ: Ничего. Травка. Я, когда затевал газон, не знал, что это такая морока и что проще сажать картошку и другие полезные овощи и фрукты. Газон — вещь бесполезная, радует только глаз и сердце, но внимания требует в разы больше.

АВ: Можете напоследок дать один главный совет от банкира на следующий, 2018 год?

ПЕ: Традиционно у банкира спрашивают, покупать или продавать доллары и евро. Тут, как обычно, никто никаких советов не даст. Если есть сбережения, которые не планируется потратить в обозримой перспективе, то лучше сформировать корзину валют.

Ещё любят спрашивать про биткоин. Недавно я стал свидетелем спора двух почтенных людей в раздевалке тренажёрки: они спорили, пора ли уже выскакивать из биткоина или надо сидеть там до посинения. Потом они меня спросили: «Что банки-то думают?» Я ответил: все знают, что биткоин — пузырь. А когда он лопнет — на десяти тысячах долларов, на двадцати, на сорока… То, что лопнет — это точно, а кто когда успеет выскочить — это уж кому как повезёт.

Совместный проект медиаагентства «Контент — король» и издания «Деловой квартал — Екатеринбург», посвящённый итогам премии «Человек года — 2017».

Ведущая: Алёна Вугельман

Оператор: Илья Одношевин, Роман Бороздин

Режиссёр монтажа: Андрей Тиунов

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

Ефремов Павел

Реклама
у Короля

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!


Нажимая на кнопку ОТПРАВИТЬ, я даю согласие на обработку моих персональных данных

Будьте с нами!
×

Наш сайт собирает ваши метаданные (cookie, данные об IP-адресе и местоположении). Это нужно для его работы. Если вы против этого, то вам нужно покинуть сайт.

Принять и закрыть
×
Наверх^^